06.01.2014

О Концепции информационной безопасности детей

25 ноября 2013 году на сайте Роскомнадзора для общественного обсуждения разместили Концепцию информационной безопасности детей. Форум для обсуждения Концепции здесь. Пока широкое профессиональное психологическое сообщество не очень активно принимает участие в обсуждении Концепции. Мой коллега Евгений Осин проанализировал Раздел 6. Критерии вредного для здоровья и развития детей контента информационной продукции, распространяемой в информационно-телекоммуникационной сети Интернет. Поскольку этот блог читают многие психологии, для привлечения внимания к документу и его обсуждению я с разрешения Евгения публикую здесь его текст. Надеюсь, что он побудить профессиональное сообщество более активно подключиться к обсуждению Концепции.


Евгений Осин:

Не могу пройти мимо такого удивительного документа, который описывает, что можно и что нельзя видеть в Интернете российским детям. Не могу пройти потому, что в его создании активное участие приняли не просто психологи, но мои близкие коллеги.

В документе три раздела. Под большинством мыслей, изложенных в первых разделах 6.1 и 6.2, готов подписаться я и сам. Основной пафос этой части документа – прежде, чем объявлять информацию полезной или вредной, необходимо учитывать контекст, в котором она появляется; информация не должна препятствовать развитию человека, становлению его способности критически мыслить, самостоятельно и свободно выбирать свои действия, соотнося информацию со своими ощущениями. Я даже готов проглотить фразу про искажение системы ценностей на странице 15, потому что я верю в общечеловеческие ценности, хотя и не считаю, что кто-либо, включая уважаемых психологов и Роскомнадзор, имеет право навязывать людям их «правильную» иерархию, ибо это подрывает саму их суть.

Основные вопросы вызывает раздел 6.3. Из смысла двух предыдущих разделов вытекает, что информацию для детей можно и нужно формировать позитивно (= какой она должна быть), но почти нет смысла формировать негативно (= какой она не должна быть), потому что создать универсальные критерии для возрастной цензуры по содержанию, которые будут работать в любом контексте, почти нереально. Тем не менее, такая попытка делается. Такое ощущение, что здесь за перо взялся рьяный охранитель, идущий по стопам Победоносцева и стремящийся «не пущать» ничего вредного любой ценой.

Например, критерий 1.1.1 («Информация (образы и словесные описания), описывающая действия, представляющие угрозу жизни и (или) здоровью ребенка, как нормальные и правильные»). По этому критерию надо запретить любые сказки, где люди взмахивают волшебной палочкой и летают, чтобы дети случайно не попытались летать и не ушиблись.

Или критерий 1.1.3 («Информация (образы и словесные описания), обосновывающая и (или) оправдывающая допустимость действий, представляющих угрозу жизни и (или) здоровью ребенка»), пример – «примеры, в которых самоубийство является оправданным и даже благородным поступком». Надо запретить детям истории про Александра Матросова, пионеров-героев, Мальчиша-Кибальчиша, а также оперу «Мадам Баттерфляй».

Далее, критерий 1.2.1 «Информация (образы и словесные описания), вызывающая положительные эмоции (радость, удивление, интерес, возбуждение) по отношению к действиям, представляющим угрозу жизни и (или) здоровью ребенка. … Некоторые Интернет ресурсы представляют действия, представляющие угрозу жизни и здоровью, в комическом ракурсе, например, известный флэш-мультфильм «Happy Tree Friends». Как насчёт мультфильмов «Ну, погоди!» и «Том и Джерри»? По этому критерию их тоже надо запретить.

Критерий 1.3.1: «Информация, содержащая образы действий, представляющих угрозу жизни и (или) здоровью ребѐнка, в том числе к причинению вреда своему здоровью, самоубийству» - надо запретить инструкции и плакаты по технике безопасности, на которых нарисовано, что может произойти с человеком, которые пренебрегает правилами предосторожности.

Критерий 1.4.2: «Информация, представляющая нереалистичные эталоны (людей и моделей поведения), достижение которых предполагает совершение действий, представляющих угрозу жизни и (или) здоровью ребѐнка… Например, многие сайты формируют у подростков чувство неполноценности, предлагая детям в качестве эталонов для подражания профессиональных фотомоделей или спортсменов». Как насчёт профессиональных певцов? Не у всех ведь есть голос. Или учёных? Не у всех ведь высокий IQ. А то расстроится какой-нибудь подросток, что он не Эйнштейн, и покончит с собой. Как насчёт религиозных призывов: услышит ребёнок призыв быть таким же, как Иисус Христос, и повесит себя на крест? Я немного утрирую, но по смыслу критерий именно таков: все дети – дебилы, не надо подавать им лишних идей.

Далее, критерий 1.4.3: «Информация, в различных формах одобряющая или поощряющая действия (а также людей их совершающих), представляющих угрозу жизни и (или) здоровью ребѐнка… Например, многие сайты не просто демонстрируют людей, совершающих действия, представляющие угрозу для жизни и здоровья, но показывают социальное одобрение этих действий». Любая информация о героях, которые что-то делают с риском для здоровья – лезут на скалы, пилотируют самолёты, прыгают с парашютом, ныряют под воду – должна быть детям запрещена.

Со второй группой критериев вопросов чуть меньше. Но всё же, возьмём критерий №2.1.1: «Информация (образы и словесные описания), представляющая данные практики, как нормальные, правильные, а, главное, широко распространенные в обществе». От детей до 18 лет надо засекретить реальную статистику по курению, употреблению алкоголя, по крайней мере, в России. Это уже неприкрытая цензура и нарушение конституционного права на доступ к информации.

Критерий 2.1.3: «Информация (образы и словесные описания), обосновывающая и (или) оправдывающая допустимость данных практик. Например, описание условий и обстоятельств, в которых употребление наркотических веществ или проституция могут быть оправданными и допустимыми», а также 2.3.3 («Например, истории и рассказы людей, употребляющих наркотические средства или алкоголь, занимающихся проституцией или попрошайничеством, в частности, примеры детей и подростков»). Запретить романы про Соню Мармеладову и про графа Монте-Кристо (там курят гашиш)? И про Тома Сойера – пусть его стошнило, когда Гек Финн учил его курить, но сам-то Гек Финн после этого курить не бросил! Да и хоббиты в кино пускают колечки из трубок в чрезмерно позитивном свете.

Критерий 2.2.1: «Информация (образы и словесные описания), вызывающая положительные эмоции (радость, удивление, интерес, возбуждение) по отношению к данным практикам. Например, описание ситуаций, в которых употребление наркотических средств или алкогольной и спиртосодержащей продукции предстаѐт как увлекательная практика, приносящая радость и удовольствие». Запретим же детям Ветхий Завет, ведь в Песни Песней Соломона (7:10) говорится: «уста твои – как отличное вино».

Критерий 2.4.2: «Информация, представляющая данные практики, как позволяющие ребѐнку повысить свой социальный статус, самооценку, уверенность в себе. Например, утверждения о том, что употребление алкоголя или наркотических средств позволят подростку почувствовать себя увереннее». Но ведь уверенность в себе, позитивные эмоции от алкоголя – это же факт. Пусть это ложная уверенность и дурное веселье, но надо не запрещать информацию о них, а говорить об их последствиях, которые могут вызвать сожаление. Иначе ребёнок, которому всегда говорили, что от алкоголя только плохо, выпьет, ненадолго почувствует себя хорошо, но перестанет верить взрослым, которые его обманывали. Ведь многие взрослые и сами употребляют алкоголь именно для этого.

Критерии, касающиеся насилия (3…) вызывают меньше вопросов. Но по этим критериям надо запрещать информацию о том, что милиционеры бьют людей, а также призывы вернуть смертную казнь. То есть, наши новости смотреть детям до 18 категорически противопоказано. Запретить детям информацию о насилии в обществе, где насилие, к несчастью, является частью повседневной жизни – значит оказать детям большую медвежью услугу. Наоборот, надо говорить о недопустимости насилия.

Больше всего вопросов вызывает следующий раздел – 4. В нём запрещается «информация, отрицающая ценность традиционной моногамной гетеросексуальной семьи путем предложения альтернативных моделей семейных отношений: гомосексуальной, полигамной, гражданской». Простите, если я говорю, что, например, овсяная каша – это вкусно, я тем самым отрицаю ценность манной каши? Лишь в том случае, если манная каша является единственно допустимой и здоровой. Именно эту идею проводят авторы документа, хотя они научные психологи, а не приверженцы, например, радикального ислама.

Критерий 4.1.2: «Информация (образы и словесные описания), обосновывающая и (или) оправдывающая допустимость альтернативных семейных отношений. Например, на многих сайтах, пропагандирующих нетрадиционные отношения, приводятся статистические данные об усыновлении детей гомосексуальными и гетеросексуальными парами. Вырванная из более широкого контекста, эта информация может сформировать у детей и подростков представления о том, что гомосексуальная пара не хуже гетеросексуальной может справиться с родительскими обязанностями». Но такая точка зрения разделяется во многих развитых странах, которые разрешили усыновление однополым парам, потому что, несмотря на многолетнюю историю изучения вопроса, нет научных данных, которые свидетельствовали бы, что два папы или две мамы – это чем-то хуже, чем, например, одна мама или один папа. Это можно услышать в СМИ из уст несведущих людей, но такая позиция из уст психологов в официальном документе в цивилизованных странах считалась бы серьёзным нарушением профессиональной этики, за которое можно было бы вылететь с позором, например, из Американской психологической ассоциации.

Критерий 4.2.1: «Информация (образы и словесные описания), использующая яркие привлекательные образы, вызывающие положительные эмоции, для пропаганды альтернативных моделей семейных отношений. Например, пара, состоящая в нетрадиционных сексуальных отношениях, может быть представлена яркой и обаятельной». Теперь читать «Пир» Платона, как мы это делали в школе, больше никто не будет – по крайней мере, до 18 лет. Потому что Сократ там хоть и похож на силена, но умный, а другие участники дискуссии – ещё, к несчастью, и красивые. По этому критерию все геи и лесбиянки должны быть показаны уродами и подонками. Но это уже искажение реальности в угоду политически мотивированному абсурду и реальное разжигание социальной розни и интолерантности.

Критерий 4.3.3: «Информация, содержащая примеры людей (детей), отрицающих семейные ценности, состоящих в нетрадиционных сексуальных отношениях, проявляющих неуважение к родителям и (или) другим членам семьи» - прощайте, истории про блудного сына и детей Ноя, в которых проявляется неуважение к родителям.

Критерий 4.4.1: «Информация, влияющая на формирование самоидентичности путѐм эксплуатации интереса подростков к сексу. Например, ложные утверждения о широком распространении нетрадиционных сексуальных отношений среди подростков в современном обществе». Гражданский брак выше считается «нетрадиционными сексуальными отношениями», поэтому любая информация, намекающая на то, что между подростками возможен добрачный секс, должна быть запрещена. А вместе с ней – вся информация об опасности венерических болезней, подростковых беременностей, вся информация о средствах профилактики, контрацепции.

Критерий 4.4.2: «Информация, представляющая людей, состоящих в нетрадиционных сексуальных отношениях, в качестве образцов для подражания. Например, на сайтах ЛГБТ сообществ приводятся списки известных деятелей современности и прошлого, состоящих или состоявших в нетрадиционных сексуальных отношениях». То есть, теперь нельзя представлять Чайковского образцом для подражания? Или можно, но если не рассказывать ничего о его сексуальных отношениях? Похоже, что первое, потому что ниже критерий 4.4.3 запрещает «прямые или косвенные одобрения людей, состоящих в нетрадиционных сексуальных отношениях». Т.е., неважно, упоминается или нет - главное, состоит или нет. Так что если на сайте есть фраза «Чайковский – великий композитор» или «Туве Янссон – автор чудесных детских сказок», сайту – конец.

Раздел 5 вновь вызывает мало вопросов, потому что предлагается запретить только те противоправные действия, которые демонстрируются без осуждения. Однако и в жизни, и в искусстве немало ситуаций, когда люди делают гадости безнаказанно. Скажем, герцог в опере «Риголетто». Потому что такова жизнь. Это грустно, да. Но если детям это всё просто запретить – они будут жить в убогом и кастрированном мире. Надо давать позитивный противовес: пусть в какой-то момент зло победило, но всё равно есть крайне веские причины, чтобы служить добру.

Далее с критериями всё чуть лучше. Но есть явные ляпы. Например, критерий 12.4 предлагает запретить детям до 16 все выражения, обозначенные в словаре как вульгарные, просторечные. Возьмём слово «балда» - оно помечено в словаре как просторечное – и запретим сказку Пушкина. Или для Пушкина надо делать исключение? А как быть с его «неприличными» стихами: взять хоть к «к кастрату раз пришёл скрыпач…» - продавать полное собрание сочинений Пушкина только в магазинах интимных товаров?

А по критериям 7 в произведения порнографического характера попадает глава из любого учебника анатомии человека, описывающая репродуктивную систему. Попробуйте-ка написать такую главу без «изображения половых органов человека в любой форме и с использованием любых средств (как реалистических, так и символических) с фиксированием внимания на деталях, анатомических подробностях и (или) физиологических процессах»! Пусть дети до 18 лет вообще не знают, как размножаются люди – достаточно растений с пестиками и тычинками. И прощай, программа Елены Малышевой, демонстрировавшая гигиену половых органов «в символической форме»: пусть лучше россияне обойдутся без гигиены, но и без разврата.

Самое удивительное, что весь подход к детскому контенту вообще не предполагает категории PG – «на усмотрение (в сопровождении) родителей». В Британии почти все приведённые мной выше примеры попали бы в эту категорию контента. А у нас законодатели полагают, что только государство способно решить, что можно детям, а что нет, и нельзя доверять эту функцию родителям даже частично – должно быть, они с ней справиться неспособны.

Прочитав всю эту радость, я не могу не сожалеть, что формальными соавторами этого документа являются горячо любимые мной коллеги Елена Рассказова и Александр Войскунский, а также глубоко уважаемые мной Галина Солдатова, Александра Макалатия и Володя Шляпников. Может быть, они из лучших побуждений взялись за эту трудную задачу. Но без публичного обсуждения, без общественной дискуссии даже отличные специалисты из лучшего университета страны хорошо решить её не смогут – что и показывает результат.

Вновь, мне очень симпатичны мысли, высказанные в первых двух разделах, но отношения к последующим критериям в третьем разделе они имеют, увы, слишком мало. А какой раздел будут читать люди, которые будут принимать решения о том, запретить ли тот или иной сайт? Конечно, только третий. И в руках бездумных охранителей, которые будут читать третий раздел документа именно так, как это сделал я, он превращается в орудие цензуры, которое позволяет потенциально перевести в категорию «только для взрослых» почти любой сайт или СМИ, с вытекающими ограничениями на его распространение. Таким образом, мои коллеги становятся соавторами и невольными проводниками дальнейшего маразма и зла в российское общество.

Потому что дети, которым запрещают любую правдивую информацию о мировом зле и разврате, растут в убогом и кастрированном мире, состоящем из слащавых розовых соплей. Они не получают своевременно «культурную прививку» против соблазна безнравственности и, столкнувшись с ним, оказываются перед ним бессильными. Человечество, к сожалению, это уже много раз проходило. Надо не запрещать любую информацию о зле, а предлагать позитивную альтернативу, культурные средства для борьбы с ним. Но это во много-много раз сложнее и затратнее. А предложение врать детям, давая им однобокую картину мира, глубоко безнравственно. Потому что в такой ситуации детям гораздо труднее научиться отличать добро от зла и вырасти порядочными людьми.

Я вполне допускаю, что если бы я работал в лучшем университете страны, я тоже мог бы попасть в такую ситуацию, когда части моих публикаций были бы использованы как предисловие к подобным рекомендациям (собственно, во многом именно по этой причине я в этом университете и не работаю). В последние годы жизнь даёт слишком много примеров, которые показывают: если ты порядочный человек, не надо ходить на ток-шоу на непорядочном канале. Потому что твои слова исказят или вырежут, а твоё имя используют, чтобы придать вес передаче. Точно так же, если ты разумный человек, не надо сотрудничать с людьми, которые исходят из заведомо ложной идеи, что запреты – универсальное и единственное средство решения проблем. Если ты попытался им объяснить, как надо, а они не поняли – лучше сразу откреститься от этого проекта, чтобы потом не было стыдно. Потому что эти люди вольно или невольно выступают проводниками зла и маразма в мир, и ты, получается, тоже попадаешь в их список.

Уж лучше, простите, «девиантное поведение», чем такая «служебная деятельность». И я бы, оказавшись в подобной ситуации, как минимум дезавуировал своё авторство под таким документом. А лучше – предпочёл бы активно его осудить, как человек и как профессионал, что я сейчас и делаю, сохраняя при этом глубокое уважение к моим коллегам и друзьям, принявшим участие в его создании.

UPD: Здесь подробный анализ Концепции от Анны Леонтьевой

Комментариев нет:

Отправить комментарий